Новые поступления

Наум Синдаловский. Легенды и мифы Санкт-Петербурга

Наум Синдаловский. Легенды и мифы Санкт-Петербурга

Эта книга для тех, кто влюблен в Петербург и увлечен его историей. В этом городе сосредоточение архитектурных памятников и загадочных мест, отмеченных разными историческими событиями, порой, мистического характера. Город, где проживали персонажи произведений Достоевского, и Великий Петр Первый. А чего стоит легенда, или правда, о том, что среди миллиона заклёпок Охтинского моста есть одна золотая, закрашенная в один цвет со всеми... Истории о том, что некогда в штыки принятые архитектурные сооружения, потом стали неотъемлемой его частью, продолжаются и по сей день. Мы не сильно, видимо, отличаемся от наших предшественников. Тем ближе они нам. Мы встречаемся и, в очередной раз знакомимся с ними, пролистывая страницы этой книги, обнаруживая и раскрывая для себя новые мифы и легенды.

Аби Варбург. Великое переселение образов

Аби Варбург. Великое переселение образов

Профессиональный мир переживает неослабевающий уже много лет «варбурговский» бум. Долгое время судить о его личности и открытиях можно было лишь из эпизодических публикаций учеников. Однако в последние годы появилось множество статей и книг — счет публикациям и о самом Варбурге пошел на сотни.

Эта книга первый перевод на русский язык пяти основных работ автора, в каждой из них намечено новое направление гуманитарного исследования и определен способ решения конкретной искусствоведческой задачи. Образы искусства, несомненно, поддерживают связь между различными эпохами. Но они же, как показывает опыт Варбурга, способны открыть в человеческом существе тайные шлюзы для понимания древнего ужаса перед стихиями, звездами и судьбой.

Серж Гензбур. Интервью

Серж Гензбур. Интервью

Книга состоит из интервью, данных Гензбуром в разное время. Вполне откровенные беседы с человеком, которому нечего скрывать и стесняться. Порой шокирующая открытость лишний раз доказывает истину — для свободного человека нет запретных тем и нет равнодушия в восприятия жизни.

Известный французский композитор, певец, сценарист, поэт, актер и кинорежиссер Серж Гензбур, сын эмигрантов из России по имени Люсьен. Имя он поменял, как ему виделось, на более выразительное и «летящее» — Серж. Как-то, отца Сержа Гензбура вдруг спросили: «Ваш сын опасен?», ответ был красноречив — «Опасен? Пожалуй, да — для посредственностей». Этим сказано всё.

Судьба с самого детства подводила Сержа к музыке, начиная с того времени, когда он пошёл в детский сад. Совсем рядом находилось здание, где проводило свои мероприятия общество писателей, композиторов, поэтов... «Когда я впервые услышал игру профессионального пианиста, музыкальное искусство поразило меня» — эти слова Гензбура подтверждение тому, что человек становится на рельсы, ведущие в будущее уже тогда... Детские ориентиры-маячки превратились в слепящие лучи софитов, направленные в глаза, а в них отражается барельеф Бетховена, пугающий когда-то в детстве...

Сергей Симаков. Иеромонах Рафаил

Сергей Симаков. Иеромонах Рафаил

Этот альбом о художнике, который стал священником. Путь его — от мальчишки из коммунальной квартиры через смену мест жительства «от Москвы до самых до окраин», через искушение знанием лучших произведений мирового искусства, через погружение в образы бездны подсознательного. Через славу художника, причастного к скандальным выставкам на Малой Грузинской, до церковнослужителя, монаха одного из древнейших монастырей России. В его картинах — путь к Богу мятущегося русского человека, Сергея Симакова, ныне иеромонаха Рафаила.

Основное собрание своих работ художник передал в дар Угличскому государственному историко-архивному музею, где они находятся в специально построенном для них здании, в центре Углича. Пред нами наиболее полное на сегодняшний день издание работ художника, за которыми видится не только сложный, чрезвычайно интенсивный поиск смысла жизни, но и познание его.

Александр Садохин. Мировая культура и искусство

Александр Садохин. Мировая культура и искусство

Главная цель данного пособия — введение читателя в мир культуры и искусства. По своему содержанию и структуре оно предназначено помочь заинтересованному читателю, в том числе студентам вузов, освоить первоначальные знания об искусстве как явлении культуры. В сжатой и доступной форме излагаются современные представления о культуре, исторических типах, а также основные понятия теории искусства.

Задача автора была в том, чтобы форма изложения была понятна и доступна широкому кругу читателей, поэтому темы и вопросы излагаются в едином комплексе, включая архитектуру, литературу, живопись, скульптуру, поэзию и другие виды творчества конкретного региона.

Рудольф Борецкий. Качели: Непридуманная история военного детства

Рудольф Борецкий. Качели: Непридуманная история военного детства

Рудольф Борецкий полвека занимался журналистикой, а теперь вот решился на нечто иное, чему сам затрудняется дать жанровое определение: «Журналистика — про других, а это — о себе и близких. И вместе с тем — не дневник, не мемуары. Может быть, так: попытка беллетризировать документальное повествование?»...

Обращаясь к читателю своей книги, автор пишет: «Здесь нет выдумки. Нет вымышленных ситуаций и персонажей. Книга — документальна. Память сохранила те страшные годы — 1941-45 — почти неприкосновенными. Забыты лишь некоторые имена, возможно, смещены во времени отдельные эпизоды. О войне, той Великой, Отечественной и трагичной написано много. А вот про жизнь, быт, страдания обыкновенных людей, особенно на оккупированных территориях — мало. Сама тема долгие годы была не то чтобы под запретом — явно не героическая».

Память — вот главный создатель этого повествования. Память, которая возвращала уже опытного и мудрого человека в его киевское детство, «все, что тлело внутри шесть с лишним десятилетий, и снилось, и проговаривалось». Эта книга — одно, из немногих свидетельств, раскрывающих вполне, казалось бы, конкретное понятие — «хвост оккупации».

Татьяна Бек. Она и о ней

Татьяна  Бек. Она и о ней

«Стихосложенье было и остаётся для меня доморощенным знахарским способом самоврачеванья: я выговаривалась… и лишь таким образом душевно выживала» — писала Татьяна Бек.

Мемуары тем и интересны что, приоткрывают жизнь известного нам человека со стороны его реальной жизни. Пусть, по касательной, но мы узнаем о людях его круга общения. Эти подробности делают творчество писателя более объемным. Становятся понятны мотивы поступков, и рассекречивается смысл самих произведений. Стихи Татьяны Бек как маленькие осколки, из которых собран большой разноцветный витраж, состоящий из её впечатлений, эмоций, ситуаций, дум и образов. Из этих образов и состоит творческое видение поэта на реальность, которое транслируется через стихи. Большую часть книги занимает интереснейшая беседа Татьяны Бек с Владимиром Войновичем, где даже вскользь упомянутые имена писателей, поэтов, художников разворачивают «картину в лицах» жизни целого поколения и не только...

Воспоминания, размышления, путешествие в атмосферу той литературной жизни, которая была вокруг Татьяны Бек — вот что мы видим перед собой. Борис Евсеев в этой книге написал: «за смертью — жизнь». Да! «Смерть поэта» — это ведь ещё и «сигнальный звоночек» для многих из нас. Или, скорей — два листа: чистый и грязный. Вдруг хоть кому-то из нас удастся начать с листа чистого: крупно, широко, честно».

Юрий Кафенгауз. Живопись, графика, эмали, монументальное искусство

Юрий Кафенгауз. Живопись, графика, эмали, монументальное искусство

Альбом, преподнесен в дар нашей библиотеке Бэлой Юрьевной Кафенгауз, дочерью художника-монументалиста. Это действительно «виртуальная галерея», знакомящая с творческим наследием художника-монументалиста, входящего в число ярких представителей этого направления. Писать картины герой книги начал рано, как это бывает в семьях художников. Во вступительной статье подробно описаны все перипетии творческого пути художника-монументалиста, приведшего его, в итоге, к яркой, экспрессивной живописи.

«Поставив букет на подоконник распахнутого настежь окна, Юрий вынес мольберт в сад и стал писать уставившийся на него красно-фиолетовый репей, желтые соцветия ромашки и звонкий голубой колокольчик» — так был сделан первый шаг монументалиста в новую жизнь художника-живописца.

Владимир Курбатов. Всеобщая история Ландшафтного искусства

Владимир Курбатов. Всеобщая история Ландшафтного искусства

Большой иллюстрированный материал этой книги сам по себе является значительным художественным вкладом для исследователей и любителей истории пригородный архитектурных ансамблей. Главной целью автора было установление понятия о садовом искусстве как о самостоятельной отрасли искусства, то есть не отрасли архитектуры, как это думают, а противоположной отрасли искусства. Изложение развития идей садового искусства проведено последовательно. Кратко дано указание на древность и средние века, когда «садовое искусство» ещё не проявилось, подробно описаны сады Италии с крутым падением их террас, французские сады с их медленно падающими и широкими, уходящими вдаль линиями, и, наконец, пейзажные парки с распределением рощ и холмов на плоскости.

Особенное упоминание в книге по поводу, положения садовой архитектуры в России, где старые прекрасные парки постепенно искажаются, а новые — в высшей степени неприглядны, по мнению автора. Между тем, Россия не только владеет прекрасными парками, но один из них, Павловск, является лучшим примером пейзажного парка.  Если за великими именами Бармы и Постника (строителей собора Василия Блаженного) и Петра Потапова (строителя Успения на Покровке) следовали имена Воронихина и Стасова, то можно надеяться, что и дальше немало русских имен будет записано с почетом в книги по архитектуре вообще и по садовому искусству в частности.

Иван Забелин. Домашняя жизнь Российских монархов

Иван Забелин. Домашняя жизнь Российских монархов

Иван Егорович Забелин, выдающийся русский историк и археолог, родился в семье бедного чиновника. В 1840 году он написал свою первую статью — о путешествиях царской семьи в 17 в. на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, — которая была опубликована в приложениях к «Московским ведомостям». Затем последовали другие труды — к концу 40-х годов Забелин имел уже около 40 научных работ и был принят как равный в круг московских историков-профессионалов.

Внутренний распорядок, бытовой уклад Московского дворца, взаимоотношения его обитателей прослежены Забелиным во всех живописных подробностях, с детальным описанием разнообразных обрядов и церемоний, которые сопровождаются объяснением их ритуального смысла и глубинной значимости. Всё повествование автора основано на подлинном историческом материале. Герои книги, а также окружавшие их интерьеры, предметы обихода, архитектурные памятники, в том числе не сохранившиеся до нашего времени, широко представлены в многочисленных иллюстрациях данного издания.

Галерея


А.П. Боголюбов. Аблязово. Молотьба (1887 г.)

Облако тэгов

Облако тэгов